"Сегодня весна встречается с зимой - мои поздравления с днем святого Валентина"

15.02.03

Сегодня весна встречается с зимой. А вчера был день святого Валентина. Я отослал поздравления ей, Моле, Жоржетте, Алинке и Тане. Привожу их в таком же порядке. Сначала она: «Здравствуй, моё солнце! Так хорошо начался «наш» день влюбленных, так классно! Я хочу еще раз поздравить тебя с этим праздником под песню АВВА «Dancing queen» - «Танцующая королева» (моя самая любимая!). Что мне добавить к тому, что я уже сказал тебе сегодня утром? Еще я не сказал тебе, что ты нужна мне ежесекундно, нужна в виде воздуха, мыслей, дум, воды, еды и крова над  головой, нужна в качестве друга, в качестве матери, в качестве любимой и еще в сотне других качеств и воплощений. Мне нравится, как ты лечишь меня и вообще, как заботишься, нравиться как переживаешь, нравиться, как пытаешься понять и терпеливо учишься этому искусству – ты делаешь это не в угоду мне, а искренно как первоклашка; ты сложившаяся личность, но мне нравится, что

Письмо от брата и мой ответ

21-22.12.2001

Ты знаешь, Вовян, после сегодняшнего с тобой разговора, мне стало как-то непонятно грустно. Даже начало поташнивать. Со мной никогда такого раньше не случалось в общении с тобой. Я уже лег спать и вдруг решил написать пару строк (может оттого, что этажом ниже играет музыка и не спится). Как никогда хочется быть откровенным с кем-то из семьи. А мыслишки у меня вот какие. На Земле все подчиняется законам Космоса. Он в каждом из нас. В нём заложено прошедшее, настоящее и будущее. Сплошные числа, заряды, периоды,

Рассказ "Что мы хотим от вас и что от нас вам нужно" часть 1

Что мы хотим от вас и что от нас вам нужно.

Частина перша.

Все начиналось с малого…

Нечто, покрытое с ног до головы грязными, выцвевше-слипшимися волосами, с ручищами по локоть забрызганными кровью только что убиенного и расчлененного медведя, весь в ссадинах, порезах, кровоподтеках и гнояще-сочящихся ранах, набредает вдруг на своем пути на другое нечто, единственно кому в данный момент нужно сырое мясо и еще теплая, своими уже никому не нужными внутренностями, медвежья шкура и кто не может сам себе добыть все это.

Так встретились мужчина и женщина…

Сегодня целый день вламывался в женские глаза, в глубины их. А они - в мои. Ужас. – 140. Дальше – больше.

Почему же вы, женщины, так мало времени уделяете своим глазам, их утонченности, их непостижимой глубине; ваша наигранная загадочность и натренированная наметанность уже никого не шокирует, ни с кем не заигрывает, ни у кого ничего не возбуждает (имеется в виду конечно зацепистый мужской маньячно-коньячный взгляд). Оставим в покое всякого рода подводки, распушивания, наводки и прочие атрибуты боевой раскраски женских глаз. Иссиня-прозрачные, как бы осветленные изнутри маленьким фонариком с еле заметной сеточкой капиллярчиков; полу пропускные грязно болотного цвета зрачки, наполовину скрытые верхним веком; больше чем обычно, коричневые зрачки с почти такого же размера черными бусинками и прекрасными, как только что сошедший с конвейера ватман, белками… Нам нужна говорящая за вас самих выразительность глаз, действительно реальная бездна, манящая чернодырность, что-то стоящее (ударение на я) за ними, за вашими глазами, а не косметичні засоби. Есть прекрасные способы потренировать их хорошей книжкой (только не на ночь при приглушенном свете лампочки и не лежа – це самогубство), либо при хорошей погоде и природе, облагораживающе чистым лесным или горным воздухом. Не буду тут касаться (хотя можно было и прикоснуться) окологлазных орудий как то: разреза глаз, ресниц – этих упрямо-пружинистых непосед-метелок, этих тычинок-пестиков, этих собирателей-носителей инея, дождя, слез, снежинок и пыли, изогнутости надбровных дуг и собственно растительности, точнее выщипанности ваших бедных бровей, нахмуренности или наоборот излишней прямоповерхностности прилегающего клептика вашего лба, а также не забывайте про увесистость ваших мешочков и естественный их колор, говорящий кстати и о вашем здоровом или не очень образе жизни. Все это добавляет доукомплектовывает значимость ваших глаз и могут сказать очень многое о вас, и говорят кстати.

А что же красота. Вопиюще-показная, штукатурная, постоянно подправляемая и рихтуемая, переходящая из одного состояния в другое и изменяемая при этом неузнаваемо, она странным образом своей массивной красочностью, первоначально, как я уже говорил, созданная для цепкого мужского глаза, перехлестывает все остальное (реально-то и стоящее) чисто женское. Вы вкрапливаете в свою красоту необходимое количество неподражаемой (как вы думаете) индивидуальности для того, чтобы показательно отличаться внутри толпы. При этом еле колышущиеся весы вашей природной на самом деле, но для вас нужной быть тщательно скрытой женской глупости, и с другой стороны якобы проявлений умности, напоказ выставляемой, эти весы начинает торбить и торбить не на шутку.

Не надо нам показывать, что вы умны, если вы это вдруг поняли, пусть все так и останется. Теперь посмотрим на лицо женщины, сделавшей себе умный макияж. Почему для нас оно перестало быть не то что привлекательным и милым и изюмистым, но даже потеряло приятно кажущуюся  для нас загадковість.  Оно перестает для нас улыбаться, здоровый женский макияжный румянец впитывается всеми возможными порами и трещинками (чтобы не сказать морщинками) – как вода уходит в песок, - его хмуро сдвинутые бровки и холодно сжатые губки не привлекают, не радуют, не утоляют жажды. Его не хочется целовать, лизать, обнимать, кусать и щипать. Оно тут же теряет свой прежний аромат, уступая место непонятно откуда взявшимся испарениям, испаринам и испражнениям отталкивающе непонятной природы. Как будто что ли клетки взбунтовались.

Предоставьте это мужским лицам, это у них лучше, убедительней получается, да и любите вы их за это больше. Мужчина ведь как ребенок: по детски пытается показать всем кузькину мать, сам иногда не осознавая, что это будет значить для него. Приподнимите его самого в его собственных глазах за попку, если видите, что другие не делают этого или попросту не хотят тратить на это свое время; заполните, заполоните (но не забивайте) его баки собственной значимости и единственной в своем роде неповторимости. Поднимите бокал за его ум и интеллект. Он в долгу не останется. Даже если в нем этого мало, чтобы не сказать большего, все равно говорите, повторяйте, напоминайте ему об этом методично и периодически, он начнет к этому стремиться и тогда вы лепите из него то, что вам нужно, а он за это приятно так влепит вас в кровать, чему в свою очередь будите рады вы, дорогие мои жіночки. Мах на мах, так сказать. И таких махов можно вспомнить и надумать очень много, махать ими не перемахать. Он за это простит вам не только то, за что любит и ненавидит одновременно, а именно за глупость, ревность и зависть, но и ваши шу-шу, куку-сюсю и прочее.

Эта женская недосказанная вопросительность – мужская склонность к доказательности, женская игриво буйная вспыльчивость и эмоциональность – мужская замкнутость и таскание за собой выпирающего мешочка кипящих страстей, вкрадчиво любознательные длинные женские фаланги в извилистом тесте вашего мозга – мужской пофигизм в совсем иногда непофигительных моментах.

Теперь об одежде. Одежда всегда была и есть, к сожалению, чуть ли не единственным прикрытием и спасением для тех, кому больше нечего показать народу, для тех, чье лицо не обезображено ни интеллектом, ни навеянной наследственной задумчивостью, ни ясностью взгляда распахнутых нам навстречу глазниц. Ну и зачем вы женщины решительных любите?

Природность мужской стеснительности объяснить не легко да и не надо. У женщин же это чистой воды кокетство, чистой воды загибание пальчиков, чистой воды хитрая тактика підлабузного издевательства над мужчиной. А она видит как он мешкает, как переступает с ноги на ногу, но с детства ее учили не двигаться с места и не инициативничать, а тихонько так ждать всплесков, робкой от неизвестности и грубой от робости, мужской активности, мужских проявлений и порывов. Ну не хватает иногда мужику наглости, не хватает, ее надо вырывать в бою с кулаками; а что же делать парнишке, слегка тронутому ранней прыщеватостью, с гривной в кармане на мороженное и двумя жетонами на метро туда и обратно, который-то и лицевой растительностью не может хвастануть, точнее ее гладковыбритостью.

ã Woldemar 06.11.1999 All rights reserved.

Встать - суд идет: Владимир Зинчук против Bundesrepublik Deutschland

04.02.03

Вчера наша королевна приперлась в 23.00 вместо обещанных сначала 18, а потом 20. Пьянючая в жопу. Еще и ребенка пробовала уложить с таким выхлопом. Я чувствую отчетливо, что уже ненавижу её. Единственное слово, которым я теперь могу называть ее про себя так это – дерьмо. Я думал ехать к ней, но она уже спала, точнее, засыпала… и вот тут то, как раз и пришелся бы, ранее приведенный, кусочек из Пруста. Только его надо несколько переделать: «Она почувствовала себя не совсем здоровой и не приняла его…» и так далее. Я сам предложил перенести все назавтра, так как почувствовал в ее голосе просьбу, несколько наигранную, что уже поздно, весь дом спит и не лучше бы отложить все до завтра. Мне от этого стало немного грустно. И она, конечно же, за сегодняшний день ничего мне не пришлет в рубрику: поступившие сообщения. Это у неё в крови, в лимфе, в межклеточной жидкости, в сером и белом веществе, в моче, во всех возможных жидкостях организма. С этим что, тоже надо смирится. Положить голову на плечо, глубоко вздохнуть и махнуть рукой? Да-а-а… И как иногда она может позволить быть себе такой бесчувственной. Да уж это точно – когда мне очень надо ощутить ее присутствие и наличие, именно тогда я его и не ощущаю!!! Я не чувствую того, оставленного ею во мне, кусочка, который всякий раз в таких случаях должен подавать звуковой сигнал «SOS», бликать световыми маячками и просто шевелиться. Он то ли спит глубоким непробудным сном, то ли надулся и молчит из своих принципиальных соображений. Вот он – момент несчастья, когда я снова могу излиться поболе, поболе. А как-то особо и не хочется. Сейчас как раз тот момент – из двух возможных в такой ситуации моментов -  когда каждое слово приходится выдавливать из себя. Вечернее продолжение дня. Она мне еще на базе: «Ты меня еще любишь?» - «А почему ты спрашиваешь? Ты чувствуешь себя провинившейся?» - «Нет» - «Тогда почему спрашиваешь?» - «Ты не ответил на мой вопрос» - «Ты должна почувствовать. Жаль, что ты что-то чувствуешь только тогда, когда видишь меня» - «Жаль» - «Жаль». А вечером она выдает мне список: я хороший в… На первом месте – я хороший любовник, под чем она подразумевает, любить, но не жить вместе. На втором – я хорошо готовлю. На третьем – я нежный и ласковый. На четвертом – иногда меня хочется задушить и стереть в порошок… Из Биллы я шлю ей: «Доехал J» и «Про любовника не понравилось. Очень L» - «Я это поняла L» - «Я люблю тебя!» и потом еще два раза гарний я: «…как любовник!» и «…и не только!» Дома я пишу ей письмо, следующего текста: «Добрий вечір или уже доброй ночи! Решил чиркнуть тебе пару строк з приводу. Но сначала отрывочек из «В поисках утраченного времени» Марселя Пруста, как в старые добрые времена: «Как! Всё это треволнение оттого лишь, что он не увидит Одетту раньше завтрашнего дня, между тем как именно этого он и желал всего какой-нибудь час тому назад, направляясь к г-же Вердюрен. Он был вынужден признать, что, сидя в том же самом экипаже, увозившем его теперь к Прево, он не был больше прежним Сваном и не был даже один, но с ним вместе находилось другое существо, приросшее к нему, спаянное с ним, существо, от которого он не в силах будет, может быть, освободиться, с которым ему придется общаться так же деликатно, как мы общаемся с нашим начальством или с нашей болезнью. И все же с той минуты, как он почувствовал, что новое существо соединилось, таким образом, с ним, жизнь его показалась ему более интересной». Так и я, солнышко мое, уезжая от тебя, почувствовал себя несколько измененным существом. В таком состоянии я быстрее обычного веду машину, не замечаю окружающих меня людей – я полностью поглощен в мысли (в мюсли). Я ехал и думал, ходил по Bille и думал, сижу теперь на кухне, читаю Пруста и не перестаю думать. Редко такое шарашит по голове, да я, если признаться честно, уже и не думал, что меня сможет что-нибудь и когда-нибудь тронуть так по голове, как твои слова. Первое, что мне пришло на ум о «я хороший, как…» было совсем другое; просто ты, наверное, меня не знаешь с этой стороны, и это мне все объясняет. Я и сейчас не могу подобрать для себя и «под себя», что же такое это понятие любовник. «Который любит, но не может жить вместе». Я знал всегда, и сейчас ты это сама сказала, что в любви для тебя секс на первом месте. Не вижу в этом ничего плохого. Для меня на первом месте другие вещи – и думаю, что это тоже нормально, не так ли? Можно начать копаться, сравнивать категории мышления мужчины и женщины, но зачем? А можно сказать: поговорим вечером, как сегодня, когда мы так и не поговорили. А о чем ты хотела со мной поговорить? Я отвечаю на твой вопрос: конечно же, я тебя люблю. Как ты можешь этого не чувствовать, просто иногда я ставлю барьер, и из-за этого ты чувствуешь немного меньше моей любви. Зачем он нужен мне, этот барьер? – Как правило, это ответная реакция на твои действия или еще чаще бездействия. Наверное, кое-что, помимо твоей воли, принципиально не хочет меняться, и я с этим смирился, положил тебе голову на плечо, глубоко вздохнул и махнул рукой. Это у тебя в крови, в лимфе, в межклеточной жидкости, в сером и белом веществе, в моче - во всех возможных жидкостях организма, будь они не ладны. Спокойной ночи, жизнь моя, я люблю тебя всем своим естеством и своим духом. Твой лю… мальчик. Твой любимый мальчик. Твои пацаны, которым нет цены (загнул!) Цём-цём-цём. 23:26».

06.02.03

Вот и среда прошла, и мы с Марго были у неё. Погода испортилась, и я думал, что она поедет провожать  нас до дома. Но она не «додумалась». Я шлю ей с дома: «Доехали! На твоём месте я поехал бы с нами. Жаль, что я не на твоём месте. Почему так? L((» Она перезванивает мне. И опять старая песня: «Тебе просто надо было сказать мне об этом». Я понимаю – слишком велико возбуждение, слишком велико впечатление, чтобы подумать о таком. В конце она говорит, что дубовая… На следующий день я отправляю ей письмо: «Здравствуй, роднуличка! И снова мне захотелось написать тебе. Может это всё АВВА и то, что нас обманули с семью песнями (шутка!). На самом деле всё проще – всё дело в твоих глазах, выражении лба и данной постановки губ и носа. Я сижу и думаю о тебе и это единственное, что мне пока мешает заснуть, не считая АВВы… Но я таки засыпаю – это я уже пишу на следующий день – под ту же АВВу. О чём же я хотел написать тебе? Кстати, от тебя давно ничего не было. Как хорошо, что есть ты у меня; главное, что ты стараешься меня понять. Но с другой стороны – как бы глядя на нас обоих со стороны – я понимаю, сколько тебе еще придется понять, что очень многого ты еще не понимаешь. А так хочется побыстрее. Именно то понятие, которое я хочу, чтобы пришло к тебе, должно прийти само – я не могу его тебе объяснить. Потому что, я понимаю, что чем чаще я говорю о нём, тем больше оно становится непонятным для тебя – почему-то происходит именно так. Я вижу, что ты очень сильно стараешься понять меня; вижу, что у тебя не все получается, и ты бываешь недовольна собой. Всё это классно – это процесс! Твои глаза для меня как бегущая строка, практически (не всегда так бывает, но в последнее время все чаще и чаще), а брови придают им нужную скорость – если я читаю очень медленно или почерк неразборчив, они замедляют ее бег и наоборот. Чем ближе мы становимся друг к другу, тем быстрее понимаем друг друга. Стоит ли еще раз напомнить тебе о книгах – ты грустно вздохнёшь и скажешь – знаю, знаю! Но, тем не менее, позволь мне напомнить тебе о них еще раз. По книгам не научишься жизни, но в них есть то, чего нам не хватает в жизни – во всяком случае, так для меня. И мне проще и важнее прочесть что-нибудь, чем спросить у кого-то совета. Каждый раз, возвращаясь к одному и тому же моменту, я извлекаю для себя что-то новое, что было раньше скрыто и не давалось мне, как бы сильно я не сжимал челюсти. Для меня не стоит большого труда отличить человека с высшим образованием от такого, какой его не имеет. То же самое можно сказать и о том, насколько начитан человек. Важна живость ума, его изворотливость и умение в нужные и неожиданные моменты извлекать из закоулков памяти то, что тебе надо именно в данный момент. Это не легко. А о чем вообще я? Я хотел сказать тебе, что я люблю тебя, а отвлекся на треть страницы. Sorry. Неизменно – всегда и везде – твой мальчик. Постарайся, когда хочешь позвать меня, не свистеть. Придумай для меня какое-нибудь имя или прозвище, которым бы тебе не было неудобно называть меня при своих девчонках. Снова я. 11:00 07.02.03»

10.02.03

Вчерашний день можно смело назвать – витвір мистецтва. В её исполнении. Хотя бы перечесть на пальцах то, что она сумела сделать за этот день: купить машинку для стрижки; подстричь меня и Николаса; сделать мне переливание крови (2 кубика из вены у попу); «позаниматься» со мной сексом и посмотреть мне спину. Вот. Кроме того, мы два раза за день встретились. Единственное о чем я просил её напомнить мне, чтобы я рассказал ей и единственное, что она таки забыла – это мой сон о Марго. Так получилось, что она сказала мне сама, за что сидит Сереженька. Пацаны выставляли людей под видом милиционеров – группа в 25 человек – и теперь все сидят. Пять лет уже отсидели… Сначала она подстригла меня дома, а потом уже достригла вне дома – довела справу до кінця. Марго спит и я, глядя на нее, тоже засыпаю.

11.02.03

Две фразы: хорошая попка – это сухая попка и ангел предохранитель. Я поздравил Андреаса с днем рождения и он мне ответил. «Hello Andreas! Esli ne oshibaus, to u tebya segodnya den vareniya, a esli oshibaus, to poprav menya. Dopustim, chto imenno segodnya etot den, a ras on segodnya, to pozvol pozdravit tebya. Nadeus, to dlya tebya eto svetlyi den – kak v pryamom, tak i v perenosnom smysle. Nadeus takje, chto s etim dnem u tebya svyazany kak priyatnye, tak i horoshie vospominaniya. Dlya menya etot den uje stal obychnym dnem – ya provoju ego tolko s temi ludmi, kto mne deistvitelno dorog. Hochu v etot den pojelat tebe, chto by u tebya vsegda hvatalo sil, upirstva i nastoichvosti v osuschestvlenii teh del i planov, na kotorye ty reshilsya; chto by istochnikom etih tvoih sil byl lubimyi chelovek. Dumau, chto kogda-nibud my s toboi vstretimsya i nam budet o chem rasskazat drug drugu – mne uje est o chem, nadeus, chto u tebya toje. Nastoyashie druziya prihodyat sami, bez priglasheniya – dumau, chto segodnya v tvoem dome budut imenno te ludi, kotoryh ty hotel by videt vozle sebya bolshe vsego v etot den. Eshe raz – s dnem rojdeniya! Tvoi brat – Woldemar». Вот его ответ: «Sdrastvuj Wowa, bolschoje spasibo tebe. Da ya by tosche shelal s toboi posidetj i pogoworit b pokoje. Moscht` eto by nam oboim pomoglo drug druga ludsche ponjat` i drug druga pomotsch`. Kagdanibut` budet bremya i my eto sdelajem. Kak u nas govoryat, bse k swoyu bremeni.Nee zabybai naz, my tebja ne zabuwajem! Andrej». И снова я пишу ему: «Zdravstvui Andruha! Vse OK! Mne priyatno slyshat’, chto kto-to menya ne zabyvaet. Ya toje “kak mogu” ne zabyvau blizkih mne ludei. Mojno tak skazat’, chto inogda ya staraus’ izo vseh sil, chto by ne zabyt’ etih ludei – ih lica, ih golosa i prochee. Mojesh’ li ty mne poverit’, chto ya seichas schastliv vdvoine, potomu kak obrel i malen’kuu’, i bol’shuu’ lu’bov’ – i potomu seichas v moei golovushke vse mesto zanimau’t dve devochki – odna malen’kaya, drugaya bol’shaya. I mojet imenno iz-za etogo ya stal neskol’ko zabyvat’ lica i golosa svoego brata, sestry i materi – oni na vtorom plane, za liniei gorizonta. Ya ih prekrasno ponimau – oni ponimau’t moi deistviya i shagi tak, kak ih nauchilo obschestvo, kotoroe vzrastilo ih. Prosto dumat’ inache, oni ne umeu’t i - chto huje – prosto ne hotyat. Mne i ne nujno ih ponimanie – seichas prishlo takoe vremya, kogda mne ni ot kogo nichego ne nujno. Vse, chto mne nado, ya beru sam ili mne dau’t ego… Tam nametilsya kakoi-to novyi vitok v obrabotke moih dokumentov na vyezd. U menya net uje ni jekaniya, ni vremeni zdes’ zanimat’sya etim – mne uje stanovitsya stydno, chto ya kogda-to pomenyal svou’ nazional’nost’. My jdali 10 let – ya mogu podojdat’ eshe 20. Nas i zdes’ ne ploho kormyat – na kusok hleba i na maslo na etot kusok hleba, ya smogu zarabotat’ i tut. Vse. Celu’i ot menya svoih synovei. Nadeu’s’, chto na etot raz soderjanie etogo pis’ma ne vyidet za predely tvoego rabochego kabineta. Danke. Woldemar».

12.02.03

Владимир Зинчук против Bundesrepublik Deutschland. 20 февраля будет суд. Посмотрим, что же будет после, хотя, что будет после, я могу вам уже сейчас сказать – ничего не будет, все останется по-прежнему. Вчера говорил с Жекой по телефону полтора часа. Он то ли обкурен, то ли конкретно выпивши. Только тогда и звонит. Пока что ничего не меняется для него – в наших отношениях – в лучшую сторону. С марта уже идет на работу – в отделение сосудистой хирургии. И это после 8-ми месяцев практики на шару. Любят это немцы, ой как любят… А вот теперь ключевая фраза второй половины этого дня: ПМП (пред менструальный период). Для неё, как она мне потом объяснила, «всё» началось еще утром. Ну, всё по порядку. Утром я несколько просыпаю свои лидирующие позиции и не успеваю ей отправить SMS. Отправляю только на первой минуте десятого: «Ум! А поздороваться? Только встал! СОН!» Она сознательно молчит полчаса и потом присылает: «Sorri! Доброе утречко!» - которое оказалось підступним. Вечером (около четырех) она мне говорит о том, что я мол де могу к ней предъявлять такого рода претензии, а почему она нет. У меня сразу вырастает стена грусти и сожаления за неё саму перед ней же и как следствие, я не могу совладать со своим настроением. И вечером она видит эту перемену, она дуется, я обзываю ее «надутым пингвином» абсолютно без всякой задней мысли и это доводит ее до слез и она говорит мне: «Помолчи хотя бы две минуты!» Я везу ее домой и если бы не перемена в моем лице, то она так бы и ушла домой – не поцеловав меня, не обняв, не сказав, что еще любит меня. Она предлагает пройтись и поговорить – мы говорим, все выясняем друг для друга. Потом, успокоившись, пьем чайковский и я рассказываю ей о своем разговоре с братом. Я еду домой – медленно, насколько могу это сделать, и она мне перезванивает… Теперь комментарии. Да уж, в такие периоды женщина воистину бывает необычайно восприимчива и чувствительна  и требует к себе особого внимания. А я иногда со своей резкостью перехожу границу дозволенности.

© Woldemar 04.02.-12.02.2003 All rights reserved.

Рассказ - "О полезности потери старых «добрых друзей»".

О полезности потери старых «добрых друзей».

«Что же касается «добрых друзей», которые всегда

слишком ленивы и полагают, что именно в качестве

друзей имеют право на леность, - то поступишь хорошо,

если заранее предоставишь им просторную арену

недоразумений: тогда можно еще и посмеяться;

или можно совсем избавиться от них, от добрых

друзей, - и тоже посмеяться!»

Фридрих Ницше «По ту сторону добра и зла»

Уместен ли здесь этот примитивно-затасканный кажущийся синонимомизм понятий старости и добрости в отношении друзей; ведь все же понимают, что в идеале, да и в реале тоже, в природе нет как молодых, так соответственно и злых друзей. Мы обругали, уличили, заклеймили, нацепили на них эти ярлыки, сами порой не представляя, как долго они переходили, постоянно превращаясь, от знакомых нам людей к приятелям потом к собутыльникам (так говорил мой папа) и наконец мы вытащили их оттуда за шкирку и предложили им быть нам друзьями, сами оставаясь при этом непонятно кем и чем по отношению к ним. Согласен, процесс долгий и нелегкий.

За основу примем несколько допущений. Далее имеется ввиду дружба чисто мужская, то бишь между мужчиной и мужчиной (назовем ее мужской), т.е. как изначально единственно возможная и достойная вообще для рассмотрения. А также определенная возрастная категория, не выходящая за рамочки приличия, в пределах скажем поколения.

Как хорошо все-таки иметь друга. Мы лепим его практически по собственному подобию, наделяем его беспрецедентным пониманием проблем, вскармливаем в нем сочувствие, утешение, даже соучастие иногда, когда нам это нужно; мы позволяем ему входить в нас, нагло рыться там, перебирая нашими чувствами, разрешаем принимать ему роль психиатра-аналитика и выносить такие же как он психоаналитические выводы. Или они такие только для нас? А в реальности-то жестокие и опытно-хладнокровные люди? Добрые мы есть когда переводим бабушку через улицу. Откуда в нас эта, вдруг непонятно откуда взявшаяся (после того как бабушка благополучно пошла по своим делам (?!!!)) неприкрытая легкость, даже возбужденная прыгучесть радости за содеянное, ее повышенный пульсирующий темп, эта напыщенно-показная жажда удовлетворения несостоявшихся амбиций доброты на сегодня? Сразу хочется сделать еще чего-нибудь добренькое. Но никто почему-то не задумывался о том, что думает обо всем этом наша бабушка. Что же really творится в ее по-детски неустойчивой старческо-маразматической (как мы думаем) головке?.. Ведь если поставить их (бабушку и молодого человека, с заявкой на доброту) рядом, нос к носу, то кто же из них окажется более (?!!!) добрым!.. Не бабушка ли случайно? А не потому ли, что она, опять же, более так сказать старая?

Итак мы вскормили нашего друга молоком собачьей преданности, погладили его по головке (как они это любят – наши друзья) и посоветовали ему быть к нам как минимум добрым («Будь добр, друг мой…»), раз уж к себе ты не таков. Чего же нам еще в нем не хватает? Не добавить ли еще немного субъективной объективности в оценках наших поступков, под редактированной корректировки для наших мыслей? Извольте. А как насчет изначально (и это понятно лишь для немногих) никому и ничего недоказуемого спора на вечно животрепещущие темы? Что же дает нам этот спор, кроме как пробздется нашим мыслям? В шикарнейшем порыве с пеной и соплями и выпученными глазами мы извергаем друг на дружку такие перлы (и их надо записывать с четким указанием лица, его произносившее), что противореча себе в начале, середине и в конце, в итоге мы приходим логически (какой там черт) со своими, изнасилованными другими, ценностями (что мы уже начинаем сомневаться в их устойчивой подлинности) к первоначально замысливаемому фарсу, ширме. Как говорится – апогей нашего апофеоза. Ни больше, ни меньше. Добрый и старый апогей.

Если друг оказался вдруг, и не друг просто так, а так…

Естественно, когда получаешь удар в спину оттуда, откуда меньше всего ожидаешь получить (но все-таки ожидаешь), то это не очень приятно, если при этом вы еще шатаясь и плавно, повiльно опускаясь на землю получаете еще и подножку оттуда же – то это уже больно и уже когда вас бьют ногами, лежачего, вы, вдруг закуривая и дыша полной грудью прохладой вечернего осеннего воздуха, начинаете вспоминать ту самую бабушку: милую, добрую и старую, что не может быть ничего добрее и лучше ее.

В достаточной (ух!!!, как достаточной) ли степени они, наши друзья стары и натасканы для нас, чтобы быть добрыми и достаточно ли они добры к нам, чтобы быть старыми друзьями?.. Давайте же не иметь сто друзей (как в песне), а иметь сто рублей и друга, которому мы эти самые деньги и дадим, и который нас вернет их половину. Завтра. Может быть.

Теперь собственно о дружбах. О недоразвитости женского подобия дружбы можно говорить лишь с той смелостью, если принять ее за своего рода некую привязанность по интересам. Ярко выраженное показное понимание сути проблемы с замахом на безудержную ответную откровенность вкупе со скорострельностью скороспелых выводов мешает хладнокровно и безэмоционально-трезво оценить сложившуюся ситуацию и принять единственно верное решение девчонкам (Who is it? Друг или не совсем? Они даже не задаются этим вопросом). Тут мы сталкиваемся с нонсенсом в женских отношениях. С одной стороны для них как допинг взахлеб рассказывать друг дружке сплетни и новости (те же сплетни), и вдруг кажется что они и переносят each other ради таких вот, радостных для них, моментов. А как они обоюдолико преображаются при этом!!! А с другой, великолепные изменения, произошедшие с ее подругой, заставляют зависть всех цветов поставить ее, в конце концов, на место. Почему же мужчины не замечают (даже когда женщины тыкнут ими им под нос) элементарных чисто женских изменений, исключая всякой масти ловеласов, казанов и прочее (это их работа, они ее стараются делать хорошо, поэтому не будем им мешать, ведь женщины так любят их за это)? Да потому что женщина видит в другой прежде всего соперницу вдруг могущую претендовать на что-то, ее как бы законное (ага вот тут животик немножко выпирает – это плюс, а попка округлилась – это минус). Естественно, она может предложить подруге какую-нибудь услугу, но делает это как-то неискренне, не безвозмездно, втайне надеясь в будущем отобрать ее с процентами. Попахивает дешевым (и не очень) в плане скатывания на межличностные отношения денежным американизмом взаимозачета предоставленных услуг.

Дружба между мужчиной и женщиной вроде как существует, но фактически скатывается либо все к той же любви, когда неудовлетворенный сделает все для женщины, лишь бы себя удовлетворить, а уже удовлетворенная женщина сделает любэ для мужчины, который ее удовлетворил, либо к простодушному не претендующему ни на что предоставлению услуг за просто так или за спасибо, что не одно и то же, из соображений поверья в магическую силу каких-нибудь загадочных причин невозможности сделать это самому.

А что же мужичье? Насколько крепка их бронь, не выставляемой на показ, дружественной дружбы? Уродливая временная трансформация дружбы в боязнь оказаться посмешищем в глазах даже не окружающих, а якобы друзей; змеиное заползание и методическое откладывание яиц разумного сомнения: а настолько ли он мне друг, чтобы мне быть самому для него другом?

Вам что, некого ошпарить застоявшейся накипью накипевшего и некого окатить кувшином свернувшейся желчи? – Да хотя бы взять вашего затасканного психолога, которому и так уже до боли надоели ваши постоянно повторяющиеся изо дня в день проблемы, он знает все наперед, только не подает вида (ведь вы ему за это и платите). Или первой попавшейся на улице девушке со смазливой мордашкой, с виду вроде как не глупой, а на самом деле оказавшейся такой, которая попытается сначала (и вы в это откровенно поверите) войти, даже влезть в курс вашей проблемы, а потом, энергично блымая ресничками (как мило!!!), вдруг замолкнет, и непонятно, либо она думает, либо еще непонятно что, и вам станет самому ясно, что к чему.

Вам что, не у кого найти дружеского понимания? – Заведите себе собаку лучше щенка или котенка. Тогда будьте уверены: молчаливое (но какое!) понимание вам обеспечено.

Вам что, не от кого нахвататься интересного, познавательного и умненького наконец? Да сходите вы в театр, в кино, на стадион, пообщайтесь там с людьми, накупите себе книжек, музыки, пива. Вы увидите, как сами начнете подниматься в своих собственных глазах прежде всего.

Вам что, не у кого занять денег? – Да, с какой тщательно скрываемой (а иногда наоборот – с нарочитой небрежностью) неохотой наши друзья расстаются со своими кровными, не потому что им жалко для вас и не потому что они боятся в благополучном их возвращении, а потому что вы их озадачили: «Как, у меня взять денег?!! Пожалуйста, но все же…»

Вам что, не хватает прелести и свежести новизны? – Да выйдите вы на улицу, сядьте на пригородный автобус и пусть умчит он вас подальше и поглубже – в природу, в необузданность, в дикость ее (если конечно найдете такие места), пообщайтесь с ней и вы увидите как вам полегчает.

И после всего этого я спрашиваю у вас, друзья мои: нужны ли вам добрые и старые друзья или нет?...

© Woldemar 20.10.1999 All rights reserved.

«Для братишек и сестрёнок, пирожки печёт волчонок…».

27-28.01.03

Грустное начало дня. Оказывается сегодня Адама. И от кого я это узнаю? – Конечно же от Серджио, Леонардо и Андреано – склада №2 в полном составе. Вечно-то конючат бутылку водки… Вечером я сказал ей, что надо поехать встретить Жоржетту, извини, что мне несколько раньше приходится уходить от тебя. Она изменилась и хотела скрыть это от меня. Но я же все секу, причем сразу. Я вижу эти маленькие переменки в её лице, в её поведении, даже в изменении хода её мыслей. А она меня обманывает, прежде всего, обманывая саму себя, говоря, да что ты, все нормально, все ОК. Да, есть ещё такие вещи, о которых она пока не может или не хочет сказать мне; у меня они тоже, наверняка есть. Завтра у нее день варенья. Закрываю дневничок и сажусь писать ей поздоровлення. Вот оно: «Я, я всегда буду за тобой, Я, я всегда буду за тебя, нет – не отпущу!» Кто? Здравствуй, самое дорогое и родное, что у меня есть – любовь моя, моя Бу! Я поздравляю тебя с твоим очередным днем рождения, с очередным мысленным и подсознательным переходом из одного состояния счастья, спокойствия и удовлетворения в другое, не менее приятное состояние удовольствия, умиротворенности и любви!!! Я хочу пожелать тебе очень многого: многое ты уже знаешь, надеюсь, что все-таки есть что-то, что будет новым для тебя; хочу, чтобы это новое находилось вновь и вновь и снова желалось тебе – будь то день варенья, или обычный и ничем не примечательный и просто прошедший день… Прежде всего, хочу, чтобы прочитав это, ты улыбнулась и уснула самым сладким и спокойным сном из всех, когда-либо увиденных тобой. Ну а теперь собственно пожелания. Вспомни проштампованное и общее пожелание всех времен и народов – здоровья, счастья и всего самого наилучшего. Попробуем отойти от этого и пожелать что-нибудь от себя и идущее из глубин, надеюсь, что таковые имеются. Я хочу пожелать тебе перво-наперво ЛЮБВИ – любви во всех её проявлениях и видах, которые ты приемлешь для себя – любви к сыну, любви к матери, любви к сестре, любви к любимому человеку, любви к любимому делу, любви к любимому дому… Можно так смоделировать ситуацию, что окажется, что именно из-за большей или меньшей любви мы так живем и именно столько зарабатываем себе на жизнь; именно из-за любви мы так свежо выглядим, таким образом пахнем и вовсе не болеем; именно из-за любви мы находим в себе силы противостоять и бороться каждый день… Как видишь, вокруг много зависти, ревности и прочей гадости и посему люди, которые вокруг, думают, что в праве желать кому-то не совсем хорошего. Я думаю, что мы тоже вправе и в силе противостоять им, как своими счастливыми, так и безразличными лицами – если мы не владеем этим искусством, нам надо научится – это пожелание тоже. Ты родилась зимой, но зиму не любишь; когда-нибудь я покажу тебе, как надо любить и радоваться зиме – всё, как обычно, в планах. Я хочу, чтобы ты радовалась и улыбалась любому мало-мальски радостному и улыбчивому моменту – не стесняйся, что кто-то не так посмотрит на тебя или не поймет – ведь ты то поняла и от этого тебе хорошо и весело на душе. Многие вещи влияют на нас и изменяют нас – спасибо, что они есть; просто некоторые вечны во времени и в пространстве, а некоторые умирают. Думаю, что ты умеешь дорожить как одними, так и другими. Это тоже пожелание. И еще одно, несколько схожее с предыдущим, пожелание. Не думаю, а уверен, что ты также определенно знаешь, как то, что завтра непременно будет новый день, то, что тебе дорого по-настоящему и ради чего стоит конкретно шевелится. Не слишком уж наставляющими получаются мои пожелания? Может, я вообразил, что знаю немного больше и от этого вправе советовать что-то другим? Хорошего настроения тебе в этот день, радостного и улыбчивого; теплой не по-зимнему погоды; неожиданных и приятных поздравительных звонков; обязательно сладенького после не сладенького и… меня, меня рядом с тобой, солнце мое, кого же еще! Я люблю тебя сильно-пресильно!» На что она отвечает мне: «Люблю безумно ТЕБЯ». Это после полуночи. С тем и засыпаем, т.е. со спокойным сердцем.

30.01.03

Вот и прошёл её день рождения – начинался и продолжался хорошо, а закончился не очень. Как  вы думаете, кто скомкал концовку? Конечно, её сын, кто же ещё! И она сразу сделалась грустной, хотя всеми силами хотела мне показать, что может противостоять этому. Может, но до определенной черты. А мне все сильнее хочется заняться его воспитанием, я уже практически в ежовых рукавицах. Маленькое <…> не слушается никого. Такое впечатление, что он воспитывался в хлеву, вместе с коровами и свиньями… Мы после работы заехали в бассейн – пол часа нам было достаточно, чтобы вспомнить, что кто-то курит, а кто-то давно не делал по утрам зарядку. Вечером мы прошлись с ней по парку, и она сказала, что ей значительно лучше. Нам все больше и больше нравятся эти вечерние прогулки по парку – в это время мы затрагиваем совершенно другие темы, благодаря прикосновению к которым нам становится значительно лучше. И легче. Вчера она вспомнила о том, что бы было, если бы «тогда» она не дала мне номер своего мобильного телефона. Позавчера я акцентировал её внимание на клипе Премьер-министра «Мама», а вчера рассказал почему. Просто (как, оказывается,  всегда все так «просто») я уже начинаю забывать голоса и лица своих родных – мамы, брата и сестры. Они не звонят и тем более не пишут, думают, что я должен это делать, что мол, мне это нужнее, чем им. А я уже и не чувствую потребности в их общении, той потребности, которая была когда-то, она сгинула, сгорела заживо, повесилась и утопилась. Что ж, если они не хотят мне быть тем, кем они быть рождены – оставим их с миром, и пусть всё дальше идёт своим чередом. У меня есть она – моя Бу – и есть моя Марго. И этим все сказано, все остальное – это сплошной и расплывчатым второй план, ниточка горизонта с макушками голов, это всё, что трогает меня постольку поскольку, то, что на завтра уже и не помнишь – песня одного дня. И хорошо, что это у нас взаимное – они не нужны мне, а я не нужен им – и никто не страдает от односторонней любви. Она сказала об осадке, который остается после таких мыслей – да, от него не уйти, не спрятаться, не скрыться. Она знает не понаслышке, что такое мать и пытается «смоделировать ситуацию», как сказал бы Михуил. Их места в моем сердце уже теснят другие люди и скоро им не на чём будет сидеть вообще. А стоящие места там не предусмотрены. Бронь надо заказывать заранее – лет за 10 за 20. Я всё чаще и чаще вспоминаю папу. Как бы он посмотрел на мою «ситуацию», хотя его мнение можно предугадать и спрогнозировать. Я о другом. Почему он не успел сказать мне о том, о чём должен, о чём обязан сказать любой отец своему сыну, хоть и не единственному? Почему так? Собирался ли он вообще когда-либо поговорить со мной серьезно – как отец с сыном? И отчего мне уже сейчас хочется поговорить о «таком» со своей дочерью, а? Я снова опережаю события?

31.01.03

Вчера я уезжал от нее с несколько тяжелым сердцем, если можно так выразится. Как оказалось после, у нее болел желудок. И мы молчим как обычно – «только никому не говори». Лечебной водицы в доме не оказалось, и я предложил ее привезти – отказали. Я пишу ей письмо: «Не люблю, не люблю, не люблю, когда ты такая! Ну почему, почему, почему? Таким образом, ты даешь мне почувствовать себя тумбочкой, в которую изредка заглядывают – что-то кладут, а что-то забирают. Это жестко, пойми! Я сам не люблю жаловаться на здоровье, но иногда я делаю это только для того, чтобы увидеть нечто в твоих глазах, что дает мне силы и болезнь отступает. А ты лишаешь меня такой возможности. Почему? Мы же с тобой договаривались ничего не утаивать в себе друг от друга, а что же получается? Зачем ты так? Ну и что мне теперь – не спать ночь, думая о том, стало ли тебе хорошо или нет? Наша песня хороша – начинай сначала? Грустно и печально мне после такого вот. Очень грустно. Спокойной ночи и доброе утро. Ум». И только утром я покупаю ей воду. С дома шлю SMS: «Водичку пьешь?» - «Да! Уже не болит. СПАСИБО – ты спас меня!» - «А мог бы спасти еще вчера!» - «Ум!» - «Ум - не отделаешься! Готовь к вечеру попу!» - «ОК! J»… Отснял первые 40 минут видео о Марго. Остается переписать на кассету и дальше снимать.

02.02.03

Еще вчера я хотел начать вчерашний соответственно день с отрывка из Пруста «В сторону Свана» страница 291. Привожу его сегодня: «Она чувствовала себя не совсем здоровой и приняла его в лиловом пеньюаре из крепдешина, прикрывая свою грудь, как плащом, куском богато вышитой материи». Чем-то меня зацепил этот кусочек. Только вот чем – до сих пор понять не могу. Ключевые слова – это «почувствовать не совсем здоровой» и «принять», а не «пеньюар» и соответственно «крепдешин». Или все-таки «грудь» и «кусок богато вышитой материи»? Но я отвлекаюсь. Я проспал сегодня на час привокзальный рынок, а она легла вчера (а точнее сегодня) в три часа ночи, после общения с Сирожой. Конечно же, после таких разговоров остаются осадки, выпавшие в осадок, и надо пообщаться с кем-то, чтобы стало легче. Как вы понимаете, этим «кем-то», оказываюсь и являюсь я – ваш покорный слуга.

03.02.03

«Для братишек и сестрёнок, пирожки печёт волчонок…». Она, наконец, сказала ему, что любит другого человека – после чего последовала пауза и вопрос: «Так ты что, всё это время меня за дурака держала?». Она рассказывает мне его логику: раз ты не вышла замуж, значит, ты всё еще любишь меня. Она почувствовала себя на этот раз гораздо смелее в телефонном разговоре с ним и отвечала гораздо резче, без прошлой терпимости и сдержанности. Он обозвал ее хитрой и еще как-то, забыл только как. Сначала начал унижать ее, потом начал унижаться сам. Реально это дерьмо, но как же избежать его… Мне нравиться в воскресное утро везти ее - такую благоухающую после душа, с блестящими от крема щеками и абсолютно без грима – именно так, как я люблю. А она все время смотрит на меня и улыбается – как я люблю её, кто бы только знал! Ведь никто и никогда не поверит, что такое возможно. Даже если дать прочитать дневник в его рабочей версии без вырезок. Да, будут его два варианта: первоначальный и измененный, с другими именами, без мата и без шокирующих моментов. Теперь мы отучаем Марго от материнской груди. Что-то получается, а что-то не очень. Теперь я сплю с краю и встаю к кроватке, когда просыпается Маргарет. Даём разбавленный сок, вместо молока, но она, видя Клару, со мной вообще не может заснуть. А так она просто прижимается к ней и засыпает – как ни крути, мать все-таки. Очень интересная эта связь между матерью и ребенком. Когда Клары нет, то она часто повторяет: «Ма-ма, ма-ма». Да, это её первое слово. У нас уже шесть зубов и седьмой на подходе. Диатез наш никак не отступает, пробуем убрать банан из рациона. Ранее были убраны – красное яблоко, морковка и цитрусовые. Замечаю, изменившееся в лучшую - для меня – сторону, отношение Клары. Может быть, она поняла, что для меня значит Марго? Температура в комнате медленно повышается – уже 23 градуса… Она даже сварила сегодня рагу, как в старые добрые времена: филе курицы, рис, морковь и капуста. Вспоминаю его забытый вкус. Или мне кажется или так оно и есть, но ножки у Марго выпрямляются. И ходить она стала быстрее, как впрочем и ползать. «… очень вкусных нужно сделать, пирожков румяных девять».

© Woldemar 27.01.-03.02.2003 All rights reserved.

«Просто такая сильная любовь»

16.01.03

Я таки прохожу медкомиссию и меня ставят на учет. Утром я не успеваю за этим рынком и военкоматом отправить ей «Доброе утро!» и она молчит по выработанной непонятно для чего привычке. Я начинаю: «А сказать «Доброе утро, страна!»?» - «Доброе утро, любовь моя!» - «Так-то лучше. Утром иногда думай обо мне» - «L» - «Ну, малёк! Не оттопыривайся!» - «Я не оттопыриваюсь, я просто люблю тебя!» Мы вчера не пошли к ней домой пить чай, а зашли в нашу старую забегаловочку, где два чая с лимоном и по полтора сахара стоит 1,40. Потом сидели в машине и немножко попели хором первый концерт Земфиры. Давление у меня 110 на 70 – она сказала, что это абсолютно нормальное давление. Так значит, у меня «абсолютно нормальное давление»? Как-то, я хотел начать свой день с фразы – я и мой проклятый палец. Боюсь, что сейчас эта фраза несколько изменилась и звучит следующим образом – я и моя проклятая правая сторона. Стоит мне что-нибудь выдавить именно на этой стороне, как на следующий день там выскакивает несколько проблемных солдафонов совсем иной природы. И вот теперь я хожу в повязке в связке с мазью от самой Наташки Вишневской, а точнее её сына.

17.01.03

Какой день, господа, какой день!!! Ух! Тяжелый и разгребущий! А все начиналось очень мило. Первый человек, кому я говорю на улице «Доброе утро», это наш дворник. Он все время очень участливый, может не выдержать и первый поздороваться. Слишком участливый как для дворника. Или дворники все такие? Второй человек, кому я говорю эти магические слова, это охранник стоянки возле нашего рынка; потом три или четыре продавщицы с соседних машин и пошло поехало. Далее у нас по маршруту и в планах бассейн для мальковского. По пути туда мне звонит Валентина и говорит, что пришел в ракушку муж моей продавщицы и они, мол, уже бухают. Я приезжаю и выгоняю её. И мне ничего не остается как самому стоять на точке. Под вечер я нахожу продавца. Вечером в 16.30 я закрываю точку и за 8 минут я уже на Молодогвардейской. Там, как обычно, свои мансы – видите ли, ставят сервер – и никого не отпускают. Мне выписывают накладную вручную. А приезжаю на рынок, делаю переучет и разгружаюсь. И в пол десятого я у нее. А у нее там бульон и мамины блинчики. Моей маковой росинкой на сегодня были два стаканчика чая с лимоном и четыре беляша – два с мясом и два с капустой. Что еще запомнилось, так это полемика с Еленой свет Николаевной – кандидатом каких-то там наук – сам видел корочку. Вот таков был этот день в истории – 17 января.

21.01.02

Марго без малого – без 2 дня – 10 месяцев. Мы уже почти сами ходим, имеем 5 зубов и шестой на подходе и заимели фингал под левым глазом. Вчера ездили с ней в Глеваху до тети Веры, снимать порчу – «і підсипано тобі і підлито, хлопче». Сегодня еще раз поедем - как за два пойдет. Несколько изменилось в хорошую сторону ко мне отношение Клары. Или мне так только кажется или хотелось бы, чтобы так было? Уж и не знаю, право. Её сын – это законченный образчик невоспитанности. Я просто удивляюсь, ведь и мама и бабушка прикладываются к воспитанию. Всё дело в том, что так получается, как мне кажется, из-за отсутствия мужчины. Ох, чувствует моё серденько, шо придется попотеть с пацаном – мне не надо, чтобы он меня уважал, или любил. Мне надо, чтобы он меня боялся, только и всего. Я буду строг с ним и беспощаден до конца. Дисциплине он у меня научится. Вечерами она кормит меня маминым борщом – мне по-прежнему очень неудобно ходить по комнатам и уж тем более находится на кухне – святая святых любой хозяйки. «Настоящие палочки-выручалочки на кухне любой хозяйки. Крабовые палочки «Водный мир» - побалуйте себя вкусненьким». «Я буду кормить тебя сметаной и орехами, ведь иначе я «его» замучаю», - говорит она мне.

22.01.03

Вчера она сделала мне «это». В ванной. Руками. А вот мое письмо за день до этого: «Скажи, зачем половины меня со мною нет, никто не знает ответ…» «Половина сердца» Здравствуй моя торопыга! Я не обиделся на тебя – честно-честно! И совсем это не отрицательная черта твоего характера, то, что ты торопишься что-то сделать – все классно!!! Может, я за это люблю тебя больше всего! Во мне же тоже такое есть моторное (может быть, ты тоже любишь меня и за это); мы с тобой как два моторчика и не надо извиняться, да еще и тысячу раз. ОК? ОК. А «камстролишь» - классное слово. Где ты взяла его?.. Все ок, и мы проведем сегодня вместе с тобой этот кабель и смастерим тоже вместе столик под комп. Я тебя целую, <…>. Я люблю тебя. Твой Во. 20.01.03». И вот мое письмо к ней, которое она читала, а я сидел рядом и смотрел на неё: «Здравствуй, Бу! Просто просто просто я хотел сказать, что то удовольствие, которое ты доставляешь мне руками, оно оно оно… следующее. Ну, во-первых, я не в тебе, не прикасаюсь к тебе голым телом и у меня нет предчувствия, что ты тоже сможешь закончить – либо до того, как закончу я, либо после. Только одно это придает необычайный тонус, как мне, так и моему перцу. Это делает меня необычайно счастливым в эти минуты. И через какое-то время – каждый раз разное – мой soldier снова стучится в двери к своей любимой девочке. А делать движения ради нескольких пролитых капель – это не то удовольствие, которое мне хочется испытывать, когда ты рядом со мной. Ну, разве тебе не было приятно? - спросишь ты. Было, - отвечу я. 10 секунд, а потом я вспоминаю то, что могло бы быть, но чего не было. После этих десяти секунд спускается в мое сердце что-то не совсем приятное. Может это идет из далекого отрочества, когда я осознал, что мой перец предназначен не только для того, чтобы ходить писать. Может быть, я каждый раз после «этого» внушал себе, что это плохо и нельзя этим заниматься, но каждый раз снова делал то же самое. И это несмотря на то, какой взгляд на этот вопрос имело в то время то общество и та литература, выпускаемая тем же обществом…  на то время. Как будто бы после этих 10 секунд я сам бью себя по рукам – правой по левой, а левой по правой - и говорю себе: «Ай, ай, ай, как не стыдно!» Так что давай, наверное, договоримся так: или мы получаем удовлетворение вместе и одновременно или его не получает никто. По-другому я не хочу. Если ты с чем-то не согласна или что-то хочешь сказать – говори. Твои мальчуганы-перчуганы. 11:22 22.01.03».

23.01.03

Марго 10 месяцев. Без двух месяцев и год уже. Итоги подведём. «Просто такая сильная любовь» - поют «Звери». И это правильно. «Просто – для здоровья, ума и роста». Просто – это один общий итог. Что я могу сказать на сегодняшний день о своем положении и о положении сложившихся вещей? Такие ли они, какие есть? Я люблю её, она любит меня, я люблю Марго, надеюсь, Марго любит меня, я уже не ненавижу её, надеюсь, что она уже тоже не ненавидит меня, для меня перестал существовать брат в том понимании, в котором существовал до этого момента, я люблю своего племянника, он любит меня тоже, я ненавижу ее сына, надеюсь, что он ненавидит меня тоже… Говоря маме, что я её люблю, я несколько лукавлю, я говорю это как бы автоматически – просто я уже не знаю, что значит любить свою мать; то же самое можно сказать и о сестре. Когда-то я любил свою мать прустовской любовью, но так любить и сохранить сквозь годы свою любовь может, наверное, только сам Марсель Пруст. Чувства меняются и только за это можно быть им благодарными. Ну, вот и все. Чувства ко всем остальным, не вошедшим в список, находятся между понятиями любви и ненависти. Скоро у нее день варенья – я предложил ей поехать и купить тостер. Вчера она сказала (после того как мы посмотрели на левые ладошки друг друга), что проживет 60 лет или около того. А я мол, больше. А как же я без тебя? – спрашиваю. - ? - Тогда я сразу же за тобой, - говорю я. Ну, и как мне потом жить без неё, как? То, что она умрет раньше, она знает, а вот как я буду жить без неё – не знает! Теперь мы ожидаем вечера с трепетом иной природы, чем раньше. Нам надо побыстрее плюхнуться в объятия друг друга, чтобы скорее вышло все то плохое, что зашло в нас за день и вошло то хорошее, что каждый раз заменяет вышедшее плохое. «Добрый вечер, добытчик!» - приветствует меня подружка Клары Лена, когда я вечером прихожу домой и застаю её у нас. И сразу вопрос: «Тебе когда-нибудь бывало грустно?» - «Бывало, но это проходяще, знаю по собственному опыту», - отвечаю я ей. Оказывается у нее муж запил. Вот те на! Когда твоему ребенку 5 месяцев, и ты вдруг запиваешь – это не добрый знак. Что-то тут не так, а этак. Моя рана заживает – может действительно, тетя Вера сняла порчу и вот теперь лечение пошло своим чередом – по своей программе. Хотелось бы верить. Я вспоминаю иногда её монолог между второй и третьей молитвами. Интересная судьба у человека. Многого она мне тогда не сказала – ни про мои болезни, ни про человека, нагоняющего эти порчи. Да в общем-то мне и не надо было этого слышать от нее. Свои болезни и этого человека или людей я и сам знаю. Заметил за собой, что стал мало читать и принялся вчера за Пруста «В сторону Свана» часть вторая «Любовь Свана»… Сегодня мы сделали с ней «это» по-быстрячку  в ванной комнате. Быстрячок оказался довольно интересной позой. Мы включили вентилятор и воду, чтобы не было чего-то слышно, а потом еще она и накурила – типа вышли покурить в ванную.

24.01.03

Как много ускользает от меня того, что надо написать, того, что целый день крутится в голове, вспоминается и потом все-таки занимает свое место в ячейке мозга, чтобы может быть когда-то, быть снова вспомненным. Сегодня снова пошел снег и завалил собою всё вокруг. Температура около нуля. Это хорошо. Мы с Марго несколько отстали по программе бассейна – когда в воде нет вокруг никого такого же маленького и визжащего, она делается апатичной и вялой, перестает работать руками и ногами, энтузиазм уходит. Теперь будем отучивать Марго от груди по ночам, попробуем перекладывать ее к стеночке, а я буду теперь спать между девчонками. Вчера мы говорили с ней о невоспитанности Ника. Причина, высказанная мной и с которой она согласилась, одна – это отсутствие мужчины. Две женщины не могут заменить одного мужчину, ну как ни крути.

26.01.03

Вчера за пол часа, за час, перед тем как уйти от неё, мои мысли были о Марго. Тревожные мысли. Так оно и есть – прихожу, а она с температурой. Было под 39. Значит, получается так, что отец тоже может чувствовать своего ребенка, не так как мать, но всё же. Яна два раза давала детский панадол. Потом мы ее еще два раза растирали уксусом - ревёт. А наутро первым отснятым видео кадром было ее падение с дивана. Вот те на! Причем Клара была рядом – что ж поделать, она еще не раз упадет, прежде чем чему-нибудь научится. Моя девочка золотая! Целый день она вчера не спала. Я сказал Кларе следующее: где бы я ни был и что бы не случилось либо с тобой, либо с Марго, звони и я буду через 10 минут. ОК? ОК. Договорились. Малёк мой такой вяленький и капризный в эти мгновения, хотя можно ее развеселить. Всё время она просится на руки, но так как она просится и тянется на руки к Яне, после того как массажистка Ольга Васильевна отколбасит её, так она не просится даже когда с температурой.

© Woldemar 16.01.-26.01.2003 All rights reserved.

Фраза кануна нового года, точнее за день до: «Лелик! А как же мое алиби? – Не волнуйся! Ты остаешься со следами насилия на лице».

27.12.02

Ну, что вам сказать, дорогие мои! Всё хорошо, все снова в норме, на своих привычных рельсах. Мы миримся этими письмами. Она сказала, что если бы я не написал ей, то она бы ответила мне в последний раз: извини, так мол и так, но нам с тобой не по пути и всё такое прочее. И что она там себе подумала: я подумала, что надоела тебе. Я ей отвечаю, что если вдруг когда-нибудь и где-нибудь так случится (еще раз – вдруг), что ты надоешь мне, то я тебе об этом скажу. Она: вот этого я больше всего и боюсь, этих твоих слов. Я: хорошо, тогда я тебе дам почувствовать это не двусмысленно. ОК? – ОК. Всё, договорились. Мы не прикасались друг к другу долгих четыре дня. Тяжело, однако. В среду мы не выдерживаем и любим друг друга сильно-сильно. И вот снова легче дышать. Я пытаюсь ответить ей на ее письмо следующим комментарием: «Здравствуй, моё солнышко! Я хотел прокомментировать твое письмо – дать понять себе, таким образом, да и тебе кое-что. Так как ты не имеешь такой привычки и не отвечаешь на мои вопросы, то я попробую для самого себя разъяснить то, что мне не понятно. Не бойся и не волнуйся – письмо будет доброе и ласковое, честно честно. Игра, родная, конечно же, игра, так же, как и вся наша жизнь. А игра на то и придумана, чтобы кто-то выигрывал, а кто-то проигрывал. Ты отвечаешь на те мои вопросы или на тот мой вопрос, на который тебе удобно отвечать или ты знаешь, что мне ответить. Об остальном ты молчишь. Сама любовь, как я ее себе представляю, это процесс, это борьба. Не достаточно один раз или миллион, сказать или дать понять любимому, что ты его любишь. Сказать и успокоиться. А как от всякой борьбы – борьбы за любовь – от нее остаются образные, аллегорические шрамы, ссадины и прочее. Она ими не измеряется. Еще раз повторюсь, любовь одно из самых великих, самых приятных и самых тяжелых чувств. Оно приносит много радости, так же как и много горести, столько счастливых минут, сколько и несчастных. Такое уж оно есть. Насчет три раза разговаривать, ты правильно заметила, только тут слово у тебя расходится с делом. Я об этом тебе сам все время напоминаю, кричу, шепчу, посылаю мысли на расстоянии. Ты хочешь поговорить со мной, но тут же почему-то про себя думаешь, что может уже надоела мне и твои три разговаривать разбиваются вдребезги. Помнишь, как ты для себя когда-то представила (и сказала мне потом), что вдруг в один день я мол скажу тебе, что не люблю тебя. Что ты тогда себе ответила: «Ну ты брехло!» Пра-виль-но. Чтобы, как бы, где бы и когда бы не произошло, первая мысль, а потом и вопрос ко мне, должен быть следующим: «Что случилось, любовь моя? Я хочу с тобой поговорить!» И немедленно, тут же, скорей, скорей, скорей. Я понятно изъясняюсь? Далі. Не надо тебе или «умным людям» придумывать твое название – оно рядом и у него есть простое название. Ты знаешь, просто чем дальше (я уже об этом по-моему когда-то говорил) мы с тобой идем по жизни, тем меньше мне хочется «вправлять тебе мозги». Я не знаю, откуда это идет и почему. Как будто бы мне кажется, что я уже достаточно «вправил тебе мозги», ты получила аттестат и теперь вправе сама принимать решения. А кричать – это не мой метод. До меня самого ничего не доходит, когда мне пытаются криком что-то объяснить. Я все понимаю только в том случае, если человек что-то говорит, если он открывает рот и пытается что-то произнести, а я уж разберусь с произнесенным и постараюсь понять. Очень постараюсь. Твой Во. 10:46 26.12.02» И вот её мне ответ, по-моему, самое доброе и приятное из всего, что она когда-либо писала – «Ух как хор-р-р-р-рошо!!!!!! В который раз я говорю себе: да, все верно, так оно и будет! Он прав, тысячу раз прав, я именно так и сделаю, но как только касается  дело какой-то ситуации, я теряюсь, начинаю сомневаться, а это не есть хорошо!!! Мне еще нужно многому научиться в наших с тобой отношениях, я хочу, как можно больше научится у тебя и добавить то, что умею я, и тогда …… У-у-у-у-у-у-у    я ведь еще только учусь!J  Я постараюсь отвечать на каждый поставленный тобой вопрос честно, честно, даже если это у меня будет не очень хорошо получатся, и еще мне очень понравилось на счет: «Что случилось, любовь моя? Я хочу с тобой поговорить!» так тепло после таких слов, такое впечатление, что они магические какие-то, после их произнесения проблема кажется наполовину решенной!!! Мне кажется, если бы ты был сейчас рядышком со мной, я бы тебя так затискала и зацеловала!!!!! НУ, ПРОСТО ВОЩЕ!!!!!!!!! До умопомрачения, головокружения и потери сознания, с последующим всенепременным искусственным дыханием до восстановления «жизненных функций организма»J и плавно переходящее в любовь до утра, с короткими  перебежками на кухню, для пополнения жизненных сил организма из холодильника!!! Я тебя просто обожаю, моя VOSKVO»

01.01.03

Фраза кануна нового года, точнее за день до: «Лелик! А как же мое алиби? – Не волнуйся! Ты остаешься со следами насилия на лице». Но сначала то, что было после, потом то, что было до. Первого числа я пришел домой, надеявшись увидеть там Марго, но не увидел. Увидел лишь к вечеру. Так долго, я ее никогда не видел – мне даже показалось, что она как-то и не так смотрит на меня, как будто не узнает меня – кто ты? Теперь о том, как и где я провел этот Новый год. Клара встречала Новый год в гостях, я попросил номер телефона, чтобы позвонить и поздравить. – Зачем? – спросили у меня. – Действительно, зачем? - с грустью подумал я. Я встречал Новый год у нее дома вместе с папой, мамой, Олькой, Сашей и Николасом. Последний – это просто исчадие ада, никого не слушается. Чуть не испортил всё торжество. Я отослал новогодние поздравления следующим личностям: Андреано, Жека, Жоржетта, Анюта, Алина, Конст, Моля и Сапорь. Все ответили, за исключением Конста; Сапонь перезвонил и выразил свое восхищение в устной форме. Жоржетта тоже перезвонила, причем до того, как прочитала письмо. На следующий день мы созвонились и поговорили – все-таки не общались без малого пол года. Вот они. 1. Первое письмо – брату и сразу ответ от него. Оказывается, он уже поздравил меня – наверное, не дошло. «Privet Jeka! Pozdravlyau tebya s Novym Godom! Hochu, chtoby u tebya vse poluchilos’ iz togo, chto ty zadumal dlya sebya. Ne segodnya – tak v sleduushem godu obyazatel’no. Ne ostanavlivaisya ni na minutu, a to tebya libo s’edyat, libo sochtut staromodnym. Tvoi brat – Woldemar». – «Zdarova Vocha !!!!!!!! Posylaju 2 raz-HAPPY NEW YEAR !!!!!! Ot vseh PRIVET. Ruki-Nogi estґ-prozhivjem!» 2. Второе письмо двоюродному брату и он первый кто ответил. «Zdravstvui Andreas! Pozvol’ pozdravit’ tebya s Novym Godom i uje proshedshim rojdestvom! My sami stroiteli svoei sud’by i pust’ nas kto-to schitaet neudachnikami, glavnoe chto my postoyano byli v dvijenii i ni razu ne ostanovilis’ na dostignutom. Vse u nas poluchitsya! Poka». – «Zdravstvui Wowa, spasibo bolschoie.
Ya i tebe schelaju vsego horoschowo w nowom godu. Ya ne mogu nesat` kak ty, no shelaju i tebe, shtob naschol ty tu dorogu, kotoraja tebya k stchastґju und lubwi prevedet. Moschet sumejem my obije najti nasch mir na etom swete. Ya podmenu moi Stakan v novom Godu na tebe, s shelanijem shtob ty at naz ne otworotshiwals i bsepamenal. Andreas». 3. Третье письмо девушке по имени Алина. Продвинута. А также ее ответ. «Здравствуй, Алина! Хочу поздравить тебя с наступающим Новым Годом! Просто поздравить, а пожелать многого, которое уместится в двух словах. Как ищущий и творческий человек, я надеюсь, что ты определилась в жизни с основными понятиями важности и никчемности, как надеюсь и на то, что они для тебя будут изменяться по мере того, как ты будешь шагать по жизни. Надеюсь, с поднятой головой и со своим мнением. Вот, в общем-то, и все. Искренне ваши – Вольдемар». – «Привет, дорогой друг Воха! Спасибо за своевременное поздравление! Позволь, ответить тебе тем же. Хочу поздравить тебя с праздником Нового Года и пожелать тебе творческого вдохновения, радости жизни, настоящей любви, отцовства и ответственности за будущее детей, крепкого здоровья, которое необходимо, чтобы всё это себе позволить! Не останавливайся на достигнутом и не забывай нас, твоих преданных читателей, посвящать во  все новинки  сезона. Пускай этот праздник станет для тебя особенным и в Новом, 2003, году осуществятся все твои желания и мечты. Целую тебя и твою жемчужную и драгоценную Марго (Маргарита в переводе с латыни означает "Жемчуг" и вложение адресовано непосредственно ей). Привет Кларе и всем, и всем, и всем. Алина». 4. Четвертое письмо девушке по имени …, которую мы все называем Моля. «Молечка здравствуй, родная моя! А также ваша семья – Валдис и Паулс. Позвольте от всей моей широчайшей и необъятной души побыстрее поздравить вас с приближением Нового Года! Вы там, наверное, давно уже калдырите – с самого Рождества – классно вам! Думаю, что вы определились уже со всем, с чем нужно определиться згодом взрослым людям – я искренне рад за вас. В общем-то и нечего желать, я думаю у вас все уже есть: и любовь, и счастье, и здоровье. Единственное и самое главное остается просто поддерживать это, а это не так уж и просто. Вот этого и хочу пожелать вам, дорогие мои. Остаюсь вашим искренним другом и нижайшим слугою – Вольдемар». – «Вовка! Привет, привет! Соскучилась! Нередко думаю о тебе и обо всем... Очень рада твоему поздравлению, спасибо. Парни тоже дякують. В свою очередь шлем тебе и Кларочке с Маргариткой наши поздравления.  От всего сердца желаем, чтобы Новый год оправдал все твои надежды и развеял все сомнения. Чтобы не покидали тебя любовь, доброта, здоровье, жизнелюбие, чувство юмора и взаимопонимание с окружающими - те вещи, без которых наша жизнь потеряла бы цвет.  Пусть не покидают тебя несбыточные мечты, смелые идеи и поступки - то без чего жизнь потеряла бы вкус.  А также пусть прибудет с тобой сила духа, чтобы со всем этим справиться!  Кларочке с Марго наши самые искренние поздравления и пожелания. Всем вам мудрости и терпения. Целуем вас крепко и обнимаем. Моля, от имени Моли, Валдиса и Паулса. 5. Письмо девушке по имени – итак, она звалась Татьяна и несколько запоздалый ответ от неё. «Здравствуй свет Татьяна! Несмотря ни на что, позволь поздравить тебя с наступающим Новым Годом и пожелать наступного. Иди по жизни весело, с высоко поднятой головой и как бы не было иногда хреново (а хреново иногда становится все чаще), никому не дать это понять или почувствовать; делай то и так, как тебе этого хочется, даже если все говорят и делают наоборот; имей всегда и на все свое мнение, даже если оно на завтра будет прямо противоположным; цени и дорожи теми людьми, которые тебе дороги и ценны просто так, из-за того, чтобы они есть… Вовочкин». – «Здравствуй дорогой мой Вовочкин!!!! Спешу поздравить и тебя с Новым годом с Рождеством, спешу пожелать тебе творческих успехов, взлетов, вдохновений!!!!!! Ну и конечно удачи и классного во всех отношениях года. И как два в одном)) сразу же пожелание с наступающим Днем Рождения, расти большим и крепким мальчиком, будь умницей и пусть во всем тебе сопутствует УДАЧА!!!! Татьяна. спасибо за твое пожелание и поздравление, все приму к сведению)». 6. Это письмо Жоржетте. «Привет Жоржеттка! Позволь поздравить тебя с надвигающимся кануном Нового года! И пожелать тебе следующего. Хочу, чтобы у тебя все получалось, чтобы ты достигнув каких-то целей, тут же принималась за новые; чтобы твой моторчик неугомонности всегда подпитывался теплом и вниманием дорогих и ценных только тебе людей – не забывай их, они рядом, у них просто очень тихие голоса и они никогда не лезут без очереди. Можно сказать несколько слов о счастье – я думаю, что оно есть и не так уж оно быстротечно – все зависит от нас. Ваш Вовка. Привет Натализэт и маленькому Висевскому». 7. Письмо Консту. Без ответа. «Здравствуй Конст! Позволь поздравить тебя с надвигающимся Новым Годом! Когда-то ты сказал мне о двух вещах, которые для тебя есть святые вещи – для меня это другие вещи. Пусть для тебя та вторая святая вещь, о которой ты имеешь только приблизительное понятие, станет реальной и воплощенной в что-то маленькое, что со временем становится большим. Вольдемар. Привет Нате». 8. И последнее письмо Олегу - волосатику с фотографии. «Здравствуй Олег! Позвольте, голубчик, поздравить Вас с приближением Нового Года! Я думаю, что как у каждого человека, у которого есть многое (не обязательно то, что можно потрогать руками или попробовать на зуб), этому человеку должно чего-то остро не хватать. Надеюсь, тебе всего хватает. Надеюсь также, что тебе чего-то – будь оно маленьким или большим, но обязательно необходимым и нужным – все-таки не хватает. Это просто супер, во всяком случае, так у меня. Ну и всего, всего чего не успел или не захотел успеть сделать в этом году – успей в следующем. Успей обязательно. Вольдемар».

© Woldemar 27.12.2002-01.01.2003 All rights reserved.